Портал молодых писателей Youngblood.ru Редакторы рекомендуют:
Я по весне шел... (стихи)
Брыссь-кааа....! (нечто иное)
Он - легенда. (фэнтези и фантастика)
Ты и я (стихи)
Титановый Мальчик (фэнтези и фантастика)
Пилоты уходят в небо (стихи)
Привет, друг! :) (проза)
вход на сайт
    
регистрация
расширенный поиск
Новости Youngbloob в RSS-формате
О проекте
Произведения
Общение
Справочники

с миру по нитке

Афоризм дня

У тех, кто пишет ясно, есть читатели, а у тех, кто пишет темно, - комментаторы

(Альбер Камю)

Rambler's Top100







Youngblood

Алиса в Стране Чудес - Сиквел

Временная Суета>

Вы - 288-й читатель этого произведения

Я всегда любил Алису в Стране Чудес, а недавно решил что-нибудь по этому произведению. Удачно или нет - решать вам.

Лист первый - [я так молода и ленива] - ten years later.
[Утро, Стол и Гробовщик]

Солнечное июньское утро. А может и не июньское вовсе, чёрт его знает. Утро такое утро, в Стране Чудес давно взошло переливающееся от красного к зеленовато-белому с щетиной солнышко, шумно случались чудеса за ближайшими кустами, а где-то ожесточённо спорили Мартовский Заяц и ни капли не постаревший шляпник.
- Я же говорил, что салфетки красные! - донёсся нервный крик Зайца, и Алиса сразу почему-то представила, как он взад-вперёд расхаживает по уставленному посудой столу и теребит свой бант.
- Как наши салфетки могут быть красны, если у меня в шляпе дыра, а чай кончился?! - кричал в ответ болванщик, стуча чем-то твёрдым и металлическим по чайничку.
Бедный чайник, подумала Алиса, ему и так вечно достаётся от всех. А когда-то она даже пряталась в нём от гвардии Красной Королевы...
Вот уже десять лет по утрам она сидела в своей роскошной сине-бело-красно-розовой кровати с балдахином, дома к которой, почему-то, не прилагалось - она была торжественно установлена посреди поляны недалеко от знаменитого стола. Впрочем, из осадков в Стране Чудес присутствовали лишь редкие слёзы тётушки радуги и конфетопады, а климат был мягкий, так что жаловаться не приходилось.
Разве что на шизофреника Зайца, Белого Кролика, Чокнутого Шляпника, дебилов-близнецов и прочих обитателей этого славного места, которые иногда буянили неделями напролёт, громко требуя чая и провозглашая начало новой жизни с понедельника, который всегда был позавчера. Впрочем, в этой стране был только один календарь, и тот в часах Шляпника, а тот со своими заскоками постоянно трактовал картинку в часах по-разному : сегодня они могли показывать неделю до Рождества, завтра возраст Алисы, послезавтра дату а ещё на следующий день вообще так год до рождения Алисиных детей.
А та всё ещё сидела на кровати, свесив с неё левую ногу, подогнув правую и облокотившись на неё щекой и думала о том, что она сегодня сделает раньше: позавтракает чаем с вечной компанией или даст по лбу одному из близнецов за то, что они постоянно воруют её нижнее бельё.
Точнее как, такое внимание в принципе было лестно, но они воровали бельё не для того, чтобы бережно носить его в нагрудном кармашке и мечтать о Алисе, а для того, чтобы носить его на голове и играть в пиратов с криками "Аллилуйя!", "С нами Мао" и "Смерть Красной Ведьме". Впрочем, Красной королевы давно не стало, а что такое "Аллилуйя" и кто такой "Мао" Алиса не знала, так что считала близнецов откровенными дебилами, хоть и забавными. А как они говорили...Ох и ах. Вернее, Траляля и Труляля. А, насчёт ох... Ох это такое междометие, да?
Алиса поймала себя на том, что совершенно сбилась с мысли, поэтому решительно встала с кровати, явив почти нетоптаной местными обитателями поляне обнажённое тело: по незагорелым плечам рассыпались чуть отросшие, хоть и регулярно постригаемые кроликом кудрявые волосы, на белой коже, казалось, не было изъянов, но выразительные карие глаза глядели так, что в голову могла прийти какая угодно мысль, кроме секса с этим созданием, а вкупе с висящим на столбике кровати поясом с прикрепленным кинжалом это создавало отнюдь не романтическую обстановку.
Было и ещё одно обстоятельство, сулившее девушке несколько не радужных дней - по внутренней части бедра красноречиво текла капелька крови.
- Ну-у-у-у... - по-детски обиженно протянула красавица, - почему в Стране Чудес не убрать месячные?
Впрочем, она в силу своей ужасной памяти тут же забыла, что хотела сказать и какими словами хотела отругать того, кто не сподобился обрадовать женщин Страны Чудес этим маленьким подарком.
Когда она уже была почти целиком одета и застёгивала третью пуговицу на клетчатой рубашке, позаимствованной у Белой королевы, где-то предательски хрустнула ветка - из-за ближайших же кустов торчало ухо Белого Кролика. Но сегодня, несмотря на предательские месячные, настроение у Алисы было что надо, поэтому она лишь сняла с искусно вырезанной из скамейки стойки для обуви раздолбанные во всех смыслах прекрасного слова домашние тапочки, позаимствованные из пустующего дворца Красной Ведьмы.
- Пока, Динка! - бросила вслед подставке девушка и вприпрыжку понеслась через бурелом к заветному столу, напевая песенку:
- В детстве, мальчик, я была, как волчок заводной:
Приобрела я у старой чертовки
Чудо-мазь для гимнастов "Тряхнем стариной".
Хочешь банку? Отдам по дешевке!
Склонность к напеванию странных и непонятно откуда взявшихся куплетов у Алисы была просто врождённая, а может, вновь виновата её избирательная память..? Она знала наизусть множество забавных песенок, но на ум всегда приходили лишь самые странные. А это, наверное, для мозга, как яд, думала она. Никогда нельзя пить пузырёк с надписью "яд", а то может быть плохо. А может, ей уже плохо, раз она думает, что такие мысли для мозга, как яд?
- А, - отмахнулась она, - неважно! - тут острый сучёк впился ей в плечо. - Мне бы до стола живой добраться, чёрт подери эти заросли! - начинает она злиться и оттого только сильнее запуталась в густых зарослях непонятных растений - красно-зелёно-розоватых кустов со здоровенными шипами, которые вдобавок ко всему ещё и двигались. Впрочем, всё равно они не служили помехой такой воинственной девчушке, как Алиса, так как она немедленно извлекла из ножен длинный и острый кинжал и уже весело махала им из стороны в сторону, напевая :
Первая Алиса, что вошла в Страну Чудес,
Храброй девушкой была с мечом на перевес.
Представала храбро пред опасностью любой,
Путь кроваво-красный оставляя за собой.

- Да-а-а, это про меня, - с блеском в карих глазках и румянцем на щёчках добавила девушка, обращаясь к еле шевелящимся обрубкам, барахтавшимся уже на земле в поисках родных корешков.
Только она вышла на чайную опушку, как машинально пригнулась - раздался уже родной звук летящего чайного блюдца с чашкой на нём, и вот всё это пролетело над Алисиной головой и с характерным дребезгом разбилось где-то в районе её постели.
- Доброе утро! - бодро проговорила девочка, присаживаясь к столу и оглядывая не меняющуюся уже сотни лет картину - спящую мышку-Соню, спорящих Шляпника и Зайца, непрерывно трясущегося кролика, который уже успел добежать от своего укромного места возле Алискиной постели сюда и делал вид, что ничего "такого" не сделал и вообще он тут не при чём.
Только она удобно уселась на ветхий, но милый сердцу стул, как раздались крики:
- Занято!
- Мест нет!
- Нахалка!
На что Алиса в недоумении ответила : - Как же так - мест нет, если полным-полно свободных мест, да и приборов столько, что можно из них канцелярские скрепки нового поколения клепать?
- Занято, занято! - продолжал одиноко кричать Мартовский Заяц, размахивая лапами.
- Полно, дорогая, не ссорься с мальчиком, - попытался встрять Шляпник, жестом говоря девушке "оставайся".
Заяц начал было возникать, как вдруг часы Кролика пронзительно зазвенели, оповещая о том, что в Стране Чудес шесть часов вечера. Впрочем, часы были неисправны, как и всё остальное, так что шесть вечера наступало тут раз по пять на дню. Но каждый раз это было для всех приятной новостью и поводом начать чаепитие по новой.
Вот и сейчас все расселись по своим местам, заткнули галстуки за воротники и стали требовать чай, один лишь Шляпник, поправив дырявую шляпу и звучно прочистив горло арией из какой-то модной оперы, обратился к пришедшей:
- Ах, Алиса, это ты! Это подлинная Алиса, она вернулась! - искренне удивился и обрадовался сумасшедший, - Давно я не видел этого мальчугана, - он обращался уже к остальной аудитории, - вы посмотрите, как выросла, как выросла и загорела, а повзрослела-то как?!
- Э-э-э, Шляпник... - неуверенно начала Алиса, совершенно запутавшись, - я тут уже десять лет живу. - Она улыбнулась и налила себе чаю.
- По моим - тринадцать! - противным писклявым голосом возразил Мартовский, потрясая невероятных размеров ржавым будильником с одной стрелкой.
- А по моим, - Кролик взглянул на свои аккуратные карманные часы с надписью "God Save White Queen", - все пятьдесят...А, только что стукнуло пятьдесят пять лет с момента твоего приезда, мальчик мой! - внезапно торжественно начал он и полез чокаться ко всем присутствующим.
Вдруг стол сильно затрясся и сместился на десяток футов в сторону Волшебного Леса, потом раздались звуки какой-то возни, ворчание, пыхтенье и на свет божий вылезли близнецы Труляля и Траляля.
- С приездом, Алиса! - прошепелявил Труляля, держась за челюсть.
- Алиса, с приездом! - более бодро ответил его брат, поспешно стягивая с головы голубые трусики Алисы и пряча их в нагрудный карман, в который едва могла влезть сложенная салфетка.
Заяц, Кролик и Болванщик сидели, как сидели и неспешно чокались друг с другом, разговаривая обо всём на свете, а мышка Соня так и вовсе уехала вместе со столом и не думала просыпаться.
Между тем девушка сидела на стуле с ногами, обняв колени, и думала о том, куда сегодня пойти гулять, потому что сидеть тут дольше, чем шесть чайных часов - невероятно сложно, особенно если придёт Дин-гробовщик, пришедший несколько лет назад из той же дыры, что и Алиса когда-то, и моментально открывший тут своё дело. Не то чтобы тут кому-то очень нужны были гробы, просто некоторые собирали коллекции маленьких гробиков, некоторые хранили в них вещи, Труляля с Тралялёй так вообще разбирали их на доски для своих домиков на деревьях. А некоторые в них спали, это ведь так удобно - изнутри обшито тканью, с подушечками, тепло, и закрыть крышку можно, чтобы солнышко не светило. Так спала Белая королева и несколько фей из Долины Грёз, которым, в принципе, было по-барабану, где спать.
Гробовщик был самым странным из всех обитателей, а память у него была ещё хуже, чем у Алисы - так думала она сама.
- И зачем это он со мной постоянно здоровается? - интересовалась она. Нет, вы не о том подумали, здороваться каждый день или при каждой встрече это, вроде, нормально, но он здоровался постоянно. А ещё чаще спрашивал, как дела и не нужен ли ей гроб. И каждый раз доставал из необычной чёрной сумки через плечо огромный и пыльный, как положено, кладбищенский каталог.
За несколько лет знакомства с гробовщиком Алиса столько всего узнала...
Ладно, ладно, если честно, ничего она почти не узнала. Только то, что его зовут Дин, а может, Рональд, каких расцветок, форм и качества бывают гробы, что в них должно быть, как правильно укладывать покойников, во что они должны быть одеты и почему он лучший гробовщик.
- Ах, - говорила она, - когда я умру, Дин, похорони меня в гробу-сердечке на моей поляне. - И в красках представляла себе свою смерть, чуть ли не с восторгом - прижималась к стройному плечу молодого человека, а может, и не человека и вздыхала. Ей очень нравилась идея о том, что она будет лежать в огромном красном сердечке с подушечками, кругом будут сидеть её друзья и пить чай, иногда весело произнося:
- Как хорош этот мальчуган, где-то я его уже видел. - Произнесёт Шляпник, в порыве чувств бросив в кого-нибудь из гостей чашкой.
- Скучно, как на похоронах, - скажет, внезапно появившись, Чеширский Кот и устроится на подушках рядом с ней.
- Поздравляем с праздником, Алиса! - жизнерадостно протянут вечные близнецы, Мартовский будет непрерывно потрясать чашкой и требовать вин, а Кролик бесплодно торопиться к давно переехавшей и забывшей о нём Герцогине.
Но эти сладкие мечты были несбыточны, думалось Алисе потому, что за сотни лет в этой стране так никто и не умер, не считая, конечно, Красную королеву, Бармаглота и ещё нескольких тварей, портивших всю малину жития в этом чудесном крае. Хотя без них стало как-то скучно - кинжал она носила уже только по привычке, не от кого было побегать по болотам, не для чего было есть расти-булку и не от кого прятаться в чайнике...
- Ну, что-то я совсем размечталась, - сказала себе Алиса, - мечтать нельзя столько, а то можно с ума сойти. Так Мартовский говорит, да-да. А ещё он говорит, что его окружают одни кретины, которые уже четыреста лет не могут налить ему вина из чайника с кофе, потому что, как говорит Шляпник, красные у них только салфетки, а в чайнике должна прятаться Алиса, а ей нет восемнадцати, так что вино туда наливать ни в коем случае нельзя, а то их всех сошлют в Долину Грёз на плантации чудесных растений, вызывающих ещё более чудесные галлюцинации.
- О чём это я? - поинтересовалась громко Алиса и очнулась от раздумий - на поляне ровным счётом ничего не изменилось, разве что теперь стол стоял на месте, а страдавшие избыточным весом, как, впрочем, и кретинизмом, близнецы пытались сесть на один стул. Стулья, конечно, большие и удобные, но близнецы были уж больно тучными. А из туч может пойти дождь, хотя тут не бывало дождя, по-моему. А ещё по-Алисиному, жизнь тут была очень интересная, хоть и однообразная. А как это - интересная и однообразная одновременно? Наверное, всё же не однообразная, или не интересная.
- Мне нужно отойти... - промямлила она и поднялась из-за стола, дабы сбегать и проведать Синюю Гусеницу, которая знала всё-всё и с которой было очень трудно разговаривать.
- Куда ты, Алиса? - Удивлённо спрашивает Шляпник, - Ты чай не допила!
- Знаю!
Шляпник собирался ещё что-то добавить, но девушки и след простыл, лишь недалёкое пение напоминала о её присутствии :
- Первая Алиса, что вошла в Страну Чудес... - Звонко лилось из-за поворота.
Алиса очень любила песенки о себе, или о какой-нибудь другой Алисе, потому что в них она была куда лучше, чем в жизни, наверное. Ну, как обычно. И вот она весело и вприпрыжку скакала к месту обитания Синей Гусеницы. Впрочем, место обитания - слабо сказано. За годы Гусеница нажила себе удобное кожаное кресло и коллекцию кальянов, а к ним сотню сортов табака, один галюциногенней другого.
- Бегу-бегу... - шептала сама себе Алиса, - уже совсем почти прибежала.
И правда, посреди внезапно открывшихся зарослей характерного растения с зелёными, резными листиками, чем-то похожими на кленовые, стояло огромное кожаное кресло, а на нём вальяжно лежала Гусеница в обнимку с кальяном и временами выпускала облака сине-зелёного тумана.
- Зачем ты пришла сюда? - вопрошала курильщица, отпрянув от мундштука любимого кальяна и выпустив струю дурманящего дымка.
- Я..э-э... - замялась пришедшая, - э-э, спросить.
- Кто ты такая, вообще? - лицо Гусеницы выражало презрение ко всему миру.
- Ну...десять лет назад вы уже спрашивали... - начала оправдываться девчушка, уперев руки в бока.
- Кто ты такая, я спрашиваю?
- Десять лет назад была Алисой, сейчас, наверное, тоже.
- Та самая Алиса? Которая убьёт Бармаглота и освободит нас от гнёта Красной Ведьмы? - расширив глаза, вопрошает старушка.
- Совсем с катушек съехала, - подумала Алиса и ответила, - Да, да, та самая...
- В своём ли ты уме, деточка?! Бармаглота давно убила какая-то самозванка! Десять лет назад, рыжая такая. - разволновалась Гусеница и схватилась за то место, где у людей обычно сердце.
- Ну, раз не в своём, значит, в чужом, - ответила та и подумала : "Где-то я это уже видела. А где?"
- Ай, достала ты меня, проваливай отсюда, - гневно отмахнулась престарелая наркоманка и вновь припала прокопченным ртом к мундштуку.
"Ну и дура" подумала обиженная до глубины души Алиса, но не ушла обратно к столу, а тихонько-тихонько прокралась к шкафчику, где Гусеница хранила кальяны и аккуратно вытащила один, побольше и покрасивей.
Девушка схватила кальян в охапку и бросилась бежать, боясь быть замеченной старой каргой, но той было абсолютно по-барабану - она мечтательно уставилась в небо и медленно выпускала из себя очередную порцию дыма, а он завивался самыми разными узорами и улетал медленно, неохотно...
Добежав до первого поворота, Алиса остановилась и любовно оглядела трофей.
Хм, выглядит неплохо - блестящий такой, красивый.
И вдруг - хрясь! - Алиса с силой швырнула любимый кальян Гусеницы о ближайший пень и, радостно насвистывая привычную песенку, умчалась допивать остывающий чай из чайника, в котором лежала красная салфетка и было налито вино.
"Интересно, а если белого вина налить в такой чайник, оно станет красным?" думала она. "Наверное, станет".
Вообще она мало что понимала в вине, потому что она не любила спиртное потому, что тема спирты ей не понравилась в школе верхнего мира. Наверное, потому, что ей было пять лет и что она видела её лишь в учебнике сестры.
- Все учебники такие интересные, развивала мысль Алиса, - наверное потому, что в них нет картинок и много умных слов. - она поправила сбившуюся от бега причёску, - А умные слова такие умные, потому что их сложно произнести. Например ир-ра-ци-о-наль-ный. Или как-то так... - она вновь запуталась в мыслях, как, впрочем, и в ногах, и полетела кубарем в ближайшие кусты.
- Твою мать, - обиженно и тихо произнесла Алиса, - что за падение такое - ни травм, ни грязи? Эх. Всё не так, как нужно, - пробормотала она и, поднявшись, побежала дальше.
А за столом...
- Де-жа-вю, - тихо выдавила из себя девушка.
Шляпник с Мартовским вновь спорили о вине, а Траляля и Трулялёй бегали кругами вокруг стола и орали, что грядёт новая эра трусов-семейников.
Вдруг Мартовский отвлёкся от Шляпника и завопил, обращаясь к Алисе :
- Не желаешь вина, детка?
- А где оно? Что-то я его не вижу - Алиса поверить не могла в то, что эти кретины нашли-таки вино.
- А его и нету! - Заяц так рассмеялся собственной шутке, что упал на траву вместе со стулом и дико трясся в припадке истерического смеха.
Но тут случилось нечто необычное, если необычнее этого мира вообще что-то есть : Соня очнулась и в мгновение ока достала шпагу, и вот она уже стоит на груди Мартовского, приставив ему в лицу остриё шпажки:
- Заткнись, подлец! Ты помешал мне спать, животное! - гневалась она.
Заяц не нашёл ничего лучшего, как ответить : - Прости великодушно, Сонечка, я не нарочно, ах...
- Вина, налейте мне вина, ублюдки! - продолжала надрываться Мышь, не слушая Зайца.
Тут в разговор вновь встрял Шляпник:
- Но позволь, Соня, у нас нет вина, лишь чай! - с этими словами он швырнул свою чашку в Мышь.
- Ах так? Налейте чаю, я представлю, что это вино и напьюсь до потери пульса - так нужно, господа. - Театрально, играя на неведомую публику продекламировала Мышь.
- Стало быть, ты будешь пить вино?
- Буду, и ничто меня не остановит!
- Позволь, но есть ли тебе восемнадцать?
- Тебя не учили, болван, что у Дам - это слово она особенно эмоционально выделила - такое не спрашивают?
Шляпник широко раскрыл глаза и не нашёл, что и ответить нахалке, поэтому вновь метнул в неё блюдце, но та проворна отскочила и теперь из бока Мартовского торчал осколок чашки, на траву тонкой струйкой лилась кровь, а сам он театрально дрыгал лапкой и причитал:
- Друзья, друзья, я умираю - помогите же мне! Ах, врача, врача, скорее! - Он договорил, демонстративно закатил глаза и принялся умирать по первому разряду.

версия для печати

Мнения, Комментарии, Критика

последние комментарии

Ваш комментарий
От кого Логин   Пароль 
Сообщение
Можно ввести    символов
 
назад
Глас народа
Правила

Случайный автор

android_sparrow


Случайное произведение

автор: Леди Ди


Форум

последнее сообщение

автор: Надежда Сапега


актуальные темы


На правах рекламы

Сейчас на сайте
Веб-дизайн IT-Studio | Все авторские права на произведения принадлежат их авторам, 2002-2008