Портал молодых писателей Youngblood.ru Редакторы рекомендуют:
Грязь, надежда (эссе)
лошади (нечто иное)
алиса (стихи)
Останови меня (стихи)
Падшие Ангелы (стихи)
Крик и Тишина (фэнтези и фантастика)
Рай (фэнтези и фантастика)
вход на сайт
    
регистрация
расширенный поиск
Новости Youngbloob в RSS-формате
О проекте
Произведения
Общение
Справочники

с миру по нитке

Афоризм дня

Когда были деньги – я покупал книги, а когда денег не было – одежду и пищу

(Эразм Роттердамский)

Rambler's Top100







Youngblood

Комната с камином. Вечер четвёртый: Умница Эмма

Swallow The Sun>

Вы - 566-й читатель этого произведения

До той поры, как простодушный Эмиль сунул голову в дымоход, в комнате с камином собралось довольно заурядное общество сказочников. Ну, посудите сами: Сонный Медведь Мефодий, озёрная фея Ночка, Вили и Тори – братья кобольды, нежить Генрих, гном Дрогмир, ослик Лапто, да умница Лиза. И если бы не душистый пунш, чей запах время от времени разлетался на всю округу, всё и оставалось бы в том же заурядном состоянии.
Появлению же следующей сказки послужило то, что бедняга Эмиль в считанные мгновения влюбился в умницу Лизу, как и положено жуткому злому дракону – для этого была одна веская причина: Лиза более всех остальных была похожа на красавицу. Обычно, для страстной любви (а любовь драконья относится именно к таковой), и не требуется более веских оснований.
Он бы в считанные мгновения унёс её в далёкий край, на самую высокую башню, и стерёг бы её, как самую высшую ценность. Как гласит легенда, обладание красавицей тешит непомерное самолюбие алчной от природы огнедышащей рептилии. Кроме того, это обеспечивает стабильный приток отважных и благородных рыцарей, что значительно обогащает драконий рацион.
Проблемой здесь было то, что у Эмиля не было башни, которая обычно выдаётся за выслугу лет, а разразившаяся Драконья Депрессия и колоссальная безработица среди крылатых ящеров отодвинула эту возможность на пару сотен лет. Кроме того, шея и плечи Эмиля были сдавлены заговорёнными кирпичами каминной трубы.

Тем временем в комнату вернулись Дрогмир и Лапто, широко улыбаясь, и явно пребывая слегка навеселе, похохатывая, и время от времени толкая друг друга.
- Так насколько всё неразрешимо там, наверху, господа? – спросил Генрих.
Дрогмир радостно открыл блокнот, и протянул его Генриху знавшему несколько сотен живых и мёртвых наречий. И вот что Генрих смог прочесть на листке, исписанным убористым почерком Дрогмира на традиционном гномьем наречии:

"Техническое заключение.
Наша комиссия в составе Главного Военного Инженера Седьмого Легиона Армады Великочтимого Князя Вердхомильда IV – Дрогмира Широкостопого, и добровольца Лапто произвела осмотр места аварии – крышу «Гостевого прихода матушки Ван Айкен». Первичный осмотр показал наличие двускатной крыши, и молодого красного дракона, расположенного в центральной, а также левой, правой и тыльной её частях. Шея, голова, плечи, а также одна из передних лап (левость и правость зависит от точки зрения), по видимости, находится ниже уровня крыши – во внутренней полости.
Вероятнее всего, дракон произвёл экстренное снижение на указанную плоскость, без учёта скорости приземления, и пропускной способности дымохода. По причине этой аварии весь корпус дракона остался на крыше, крылья же аккуратно укрыли её от края до края, явно обеспечив лучшую изоляцию, нежели она была до того.

Подписи:

Главный Военный Инженер Седьмого Легиона Армады Великочтимого Князя Вердхомильда IV – Дрогмир Широкостопый.

Лапто"

На пару минут воцарилась тишина, изредка прерываемая пьяным иканием Лапто.
- Любезные, что же полезного даёт нам эта информация? – спросил Генрих. – Насколько помню, вы выбрались наверх, чтобы уточнить, как извлечь из каминной трубы уважаемого дракона.
- Да я могу только оценить уровень безопасности. – пожал плечами гном. – Она на достаточном уровне. Драконьи крылья даже защищают дом от града и лягушек.
- Аааа… Мне просто нравится вид с нашей крыши. – зевнул ослик Лапто. - Лучше видно горгулий напротив.
- Так я выберусь отсюда? – осторожно спросил Эмиль.
- Если только отрубить Вам голову, Эмиль. – с сожалением ответил Дрогмир. – Пока не предвидится других вариантов. И то, мне не ясно, какие мероприятия придётся проводить после.
- Спасибо, не надо. – фыркнул дракон, и отвернулся к стене. Повисло неловкое молчание.
- Нет-нет, так не пойдет! Как-никак, вы с нами уже четвёртый вечер, а только слушаете, да слушаете. – возмутилась Ночка. – Разве так ведут себя гости? Пусть даже и незваные.
- И что в этом удивительного, если я, в прямом смысле, стесняюсь? Но неужели, мне нельзя оставаться просто так, в качестве слушателя? – удивился Эмиль.
- Немыслимо, если только Вы не расскажете нам занимательную историю. Вам необходим статус сказочника – ответил ему Мефодий. Как и все медведи, он был жутким консерватором, и с неодобрением относился к любым новшествам.
- Точно-точно! – воскликнула Лиза, и хлопнула в ладоши. – Эмиль, расскажите нам драконью историю! Мы их просто обожаем!
- О, прекрасное дитя, Вы знали, о чём просить. – гулко прошептал дракон, вложив в шёпот немного страсти, отчего едва не занялась скатерть. – Драконы всегда были несравненными рассказчиками историй!..
Эмиль не солгал – эту сказку он придумал на ходу.

Умница Эмма

- Ну вот, хм, вроде как (дальнейшие «ну вот, хм, вроде как» сознательно затерты ластиком) у седых лесов утопала в снегу, а тогда все деревни по обыкновению утопали в снегу, деревушка, несказанно огромная по тем временам: целых два или даже три дома. В одном из домов жила Эмма – смышленая любознательная девочка. У Эммы было две козы, шитый золотом фартук, веретено, метелка, два гвоздя и злющая мачеха. Всё это, за исключением злющей мачехи, было замечательным приданым. Но приданое не станет приданым, пока не появится жених. И если бы не это, наша история вряд ли бы началась.
- Эмма! – гаркнула мачеха.
- Да, мама… - весело отозвалась Эмма.
- Чему ты радуешься, дитя?
- День такой хороший, просто чудо! Снега навалило - не разгрести за неделю, а отец уехал в город за лопатой…
- Даааа… Повезло же мне найти муженька с таким сумасбродным довеском.
- А нам как с вами повезло, мамуля!
- Не ерничай…
- Да ну что Вы!.. И в мыслях не было. – всплеснула руками Эмма.
Мачеха была вполне здравомыслящей, даже расчётливой женщиной. Кормить вздорную Эмму, когда урожаи становились всё меньше, а цены на уголь и слой снега с каждой зимой становились всё выше, по всему оказывалось неразумным и вредным для выживания нации, в разрезе семьи Тиерховен. Принять это решение, и претворить его в жизнь было гораздо проще в отсутствие мужа.
- Дочь. Мне придется выдать тебя замуж за Лесного Тролля… - начала она.
- Это же просто замечательно. – обернулась Лиза, бросив в сторону котёнка, которому мерила атласные штанишки.
- Ты в своём уме? – нахмурилась мачеха.
- Да это просто прекрасно, фрау Тиерховен! Лесной Тролль! Тролль, который явно живёт не где-нибудь, а в Лесу! Я же не выбиралась дальше нашей околицы, даже когда…
- Ладно, умолкни, несносная. Помоги мне собрать твой прощальный узелок.
- «Прощальный узелок»! Как романтично звучит! – без промедления восхитилась Эмма.
- Святые небеса, поскорей бы это закончилось… - сказала мачеха. «Выдать за Лесного Тролля» - было достаточно циничной формулировкой, за которой обычно стояло банальное изгнание из дому в заснеженный лес, который тянулся на многие вёрсты к северу и западу. Счастливца, или счастливицу обычно съедали волки, по крайней мере, в тех краях, откуда перебралась фрау Тиерховен, всё обстояло именно так.
Через несколько минут всё было готово. В узелок вошли лишь метёлка, веретено и передник. Даже гвозди фрау Тиерховен решила приберечь на чёрный день.
- Ой, я даже не успела забрать своих коз! – всплеснула руками умница Эмма.
- Нет, это исключено! – оборвала её мачеха, и вытолкала за дверь, уже туго открывающуюся от влаги и мороза. – Ты останешься жить с новым мужем. Нет никаких причин возвращаться. Пришлешь кого-нибудь за остальным приданым сразу, как найдешь Лесного Тролля.
- Ой, как замечательно! – закричала умница Эмма. – Такой жуткий мороз!
- Прямо, прямо, милая, пока не встретишь Лесного Тролля. – дала ей последнее напутствие мачеха.
- Пока, мамуля! – помахала обеими руками Эмма. – Поцелуйте папу от меня. Скоро я навещу вас!
- В страшном сне, и только. – усмехнулась та, и хлопнула дверью. Немного подумав, она закрыла дверь на крюк. После чего поставила на печку молоко, вернулась и закрыла дверь на засов. Вроде бы всё шло по плану, но перед тем, как лечь спать, фрау Тиерховен выпила нервные капли – её мучило дурное предчувствие.

Часа два Эмма бродила по лесу. До заката было далеко, но и под лучами Солнца, которое в феврале нисколько не грело, она несколько замёрзла. Чтобы хоть немного согреться, она собрала несколько кедровых шишек, чтобы покормить белочек, которые лазали довольно высоко, и, наверняка, голодали. В нахохлившемся лесу было безумно красиво, тишину нарушало шуршание падающих белок, и победные возгласы умницы Эммы. Они и привлекли крепкого, одетого в зимнюю шкуру, волка, который, собственно, и контролировал в этих краях перемещения человеческих существ. Для начала он шумно понюхал воздух: пахла девочка по-домашнему вкусно. Волк сделал к ней пару шагов по хрусткому снегу, и она обернулась. Волк поневоле отступил – еда глядела на него пугающе радостно.
- Ой, какая собачка! – взвизгнула Эмма, и бросилась к нему, с планами обнять, или даже сфотографироваться. Но вот незадача – из широкого кармана её тулупа выскользнуло веретено, и пребольно укололо серого волка. Испуганный зверь зарычал, и кинулся прочь, прижав уши, и оскорблённо подвывая. Нос горел, как прижжённый горящей головней. Прибежав домой в облаке снежной пыли, он рассказал об этой жуткой встрече своей жене.
- Бедный мой муженёк. – подумала волчица, и ободряюще лизнула его в нос. – Тролль побери эту злодейку!
Как ни странно, тропинка, на которой виднелись чьи-то глубокие следы, действительно, привела Эмму именно к добротному домику Лесного Тролля, изваянному из аккуратно подобранного булыжника, и крытого изумрудным мхом, на котором таял белый снег. Самого хозяина в ней, по видимости, не было.

Массивная дубовая дверь с угрожающей ковкой, как оказалось, идеально взламывалась с помощью прялки. Открывшееся зрелище совершенно поразило Эмму. Огромная комната с высоким потолком, кирпичной печью, кованой кроватью, финским холодильником, забитым грубой натуральной пищей, и огромной репродукцией обложки Manegarm над письменным столом. Вся она была завалена грудами звериных шкур, топорами, кастрюлями, стопками книг с картинками, охотничьими ружьями и фотоальбомами с чёрными фотокарточками.
- Вообще-то, меня никто не звал, и это просто взлом с проникновением. – подумала Эмма, одев передник, и вооружившись метёлкой. - С другой стороны, всё ведь было оговорено. Мой возлюбленный ждёт не дождётся меня. Вот он войдёт, и я упаду в его объятия. Или нет, он войдёт, я вскрикну: «Ах, любовь моя!», и тогда уже упаду в его объятия. В его мужественные объятия… В таких мыслях и прошли три часа, занятые уборкой и приготовлением романтического ужина.

Вдруг за окном послышались тяжелые шаги. Скрипнула дверь, и в избу вошел тролль. Самый настоящий тролль – трёх метров росту, с кожей, похожей на антрацит, грубым, будто высеченным из гранита лицом, почти как у Жана Рено. Нижнюю часть его лица скрывала густая зеленоватая борода, спускавшаяся почти до пояса. По своему обыкновению, Лесной Тролль он гостил у своего товарища –Тролля Болотного, и проиграл тому в кости половину запаса дров на зиму, чему был, не сказать, чтобы очень рад.
- У меня гости? – удивился тролль, глядя на девочку в золотом переднике, и усмехнулся своей самой зловещей ухмылкой.
- Феноменально! – прошептала Эмма, забыв все слова, которые собиралась сказать.
- Я нравлюсь тебе, дитя? – угрожающе усмехнулся тролль и сверкнул глазами.
- В восторге. – едва не задохнулась Эмма. – Я в восторге! Никогда не видела такую роскошную троллячью особь, как Вы. Вообще, я даже не представляла себе, что тролли существуют, да еще и так близко…
- И что тебя привело ко мне? – поинтересовался Тролль, садясь на высокий стул, почему-то оказавшийся у двери, и оглядывая удивительно преобразившуюся комнату.
- Ну, что Вы? – удивилась Эмма. – Моя мачеха давно уже предупредили о моём появлении, и…
- Никто и ни о чём… - возразил Тролль. – Круг моего общения немного узковат, и в нём не прозвучало ни слово о твоём визите, тем более, я не знаю твою мачеху. Зачем же ты здесь?
- В общем, мы должны пожениться. – вежливо и тихо ответила умница Эмма, немного насторожившись. Фрау Тиерховен слишком любила её, чтобы так жестоко пошутить. Впрочем, расстраивалась Эмма, как и всегда, недолго.
- Девочка, это совершенно невозможно! – поперхнулся Тролль.
- Да ну что Вы, нет ничего невозможного! – рассмеялась она. – Тем более, нам осталось только забрать приданое…
- Я ем людей! – прорычал он.
- Мужчина должен хорошо питаться! – обрадовалась Эмма.
- Я бодрствую только ночью… - продолжил Лесной Тролль.
- Я обожаю читать при свечах!
- Я совершенно не умею читать! – возразил он.
- Потрясающе! – рассмеялась умница Эмма. - Я обожаю учить читать.
- Мы не сможем даже сделать свадебное фото! – привёл он последний довод.
- Это да… Судя по вашим альбомам. – неожиданно согласилась она.
- Ты смотрела мои фотоальбомы? – тихо спросил Лесной Тролль.
- Да, конечно. Это просто удивительно! Заклеить весь альбом чёрными карточками.
- Это не чёрные карточки. – нахмурился Тролль.
- Еще интереснее… - заговорщически прошептала Эмма, глядя ему в глаза.
- Понимаешь, от любого яркого света мы цепенеем. В камень, знаешь ли… Если наши глаза видят яркий свет, это всё. Пиши - пропало. Поэтому мы и фотографируемся только по ночам и без фотовспышки.
- А это что за милый бородатый мальчуган среди камней? – ткнула пальцем Эмма.
- А это я. – смутился тролль, и пригладил бороду.
- Марлон Брандо… А почему Вы не оцепенели? – удивилась умница Эмма.
- А я глаза закрыл, как обычно. И с тех пор я один. – промолвил тролль.
- Бедняжка! – сочувствующе улыбнулась Эмма, и погладила краешек его бороды. – Но ничего, я запомню нас молодыми и красивыми, и нам не понадобится фото! Или можешь снова закрыть глаза! Нас могут сфотографировать родители, тем более, нам нужно будет вернуться, чтобы забрать моих коз.
Тролль задумался. Ему давно не приходило в голову, что можно жить еще как-либо, кроме как в одиночку. Но вкус козьего мяса уже словно дрожал на языке. Да и возможность полакомиться хитрой мачехой радовала сама по себе.
- Будь моей женой. – осторожно предложил он, взвесив «за» и «против». И «за» и «против» оказалось не так и много.
- Ах, любовь моя! – вскрикнула Эмма, и поспешила упасть в его объятия. Уже через полчаса она вскочила из объятий. – Нам совершенно необходимо забрать моё приданое. Тебе обязательно понравятся мои козы!
- Прекрасно, моя душа. – добродушно буркнул Тролль. – Никаких проблем. Хоть следующей ночью.
- Но моя добрейшая мачеха – фрау Тиерховен совершенно не терпит гостей, еще и ночью. Есть у неё такая яркая привычка.
- А её вообще придется съесть. – пожал плечами Тролль.
- О… Я не сторонница подобной жестокости, но ведь такая возможность бывает раз в жизни! С ума сойти! Я в тебе не ошиблась! – радостно пропела Эмма, подпрыгнув, поцеловала тролля в бороду, и стала накрывать на стол.

Была безлунная февральская ночь, Фрау Тиерховен сосредоточенно тёрла пивные кружки, напевая замысловатый момент из этюда Штрауса. Она вовсю готовилась к возвращению мужа, предвкушая годы роскоши и благоденствия, которые вот-вот должны были обрушиться на неё в связи с очевидной экономией бюджета.
- Мама, откройте! - за окном послышался знакомый голосок. Ей не послышалось… Надо сказать, фрау Тиерховен двинулась к двери с самыми грустными мыслями.
- Здравствуйте, мама. – услышала фрау Тиерховен вежливый рык тролля, едва успев приоткрыть дверь, и тут же предусмотрительно упала в обморок. Бородатая личина, больше похожая на сучковатый дубовый пень с горящими глазами, которая просунулась в проём, не предвещала ничего хорошего…

- Ой, а кого-то она очень напоминает, никому не кажется? – всерьез задумалась Лиза.
- Марию Стюарт? – спросил Генрих.
- Первую жену Тори? – скрипнул Вили, и получил от брата ощутимый тычок под рёбра.
- … - сказал Сонный медведь, легонько всхрапнув и машинально слизнув остатки варенья с лапы.
- Зеленщицу с перекрестка проспекта Сен-Фло и улицы Мира – кивнул Лапто.
- Ха-хм… - добродушно усмехнулся гном, покачав головой.

И только Эмиль ничего не сказал, шумно фыркнув и подняв облако сажи, от которой еще долго кашляли собравшиеся. Он молниеносно прикрыл морду свободной лапой, и нам так и не довелось узнать, что иные драконы не только рассказывают сказки, но и краснеют.Умница ЭммаУмница Эмма

версия для печати

Мнения, Комментарии, Критика

последние комментарии

Ваш комментарий
От кого Логин   Пароль 
Сообщение
Можно ввести    символов
 
назад
Глас народа
Правила

Случайный автор

Orlando


Случайное произведение

автор: Сергей Прохоров


Форум

последнее сообщение

автор: Marie


актуальные темы


На правах рекламы

Сейчас на сайте
Веб-дизайн IT-Studio | Все авторские права на произведения принадлежат их авторам, 2002-2008