Портал молодых писателей Youngblood.ru Редакторы рекомендуют:
Оборотни (фэнтези и фантастика)
БОЛЬШОЕ И МАЛЕНЬКОЕ (фэнтези и фантастика)
Пилоты уходят в небо (стихи)
я хочу быть деревом (стихи)
Мирабель (фэнтези и фантастика)
Сказки народа кенга (проза)
Утреннее. В Саратов. В будущее. (стихи)
вход на сайт
    
регистрация
расширенный поиск
Новости Youngbloob в RSS-формате
О проекте
Произведения
Общение
Справочники

с миру по нитке

Афоризм дня

Настоящие писатели встречают своих героев лишь после того, как те уже созданы

(Элиас Канетти)

Rambler's Top100







Youngblood

Дождь знает все наши имена

Dennis>

Вы - 1443-й читатель этого произведения

-Вы уволены…
Эти слова оторвали меня от въедливых мыслей о не накормленной утром кошке, и пришлось сфокусировать своё внимание на собеседнице.
-Вы слышали, что я говорю? Наша компания больше не нуждается в ваших услугах, и мы бы хотели предложить написать вам “по собственному”…
За столом напротив сидела моя начальница и, судя по всему, до слов об увольнении она тоже о чём-то говорила. Интересно – что. Просто я забыл утром подкинуть корма в миску своей кошке и поэтому ненадолго отвлёкся от вяло протекающей мимо реальности, которая, к тому же, и не особенно радовала в данный момент. Безразлично миновать меня она, на сей раз, не собиралась, и какой-то внезапный, непредвиденный омут решил прямо с утра утянуть на дно.
-Может, вы что-нибудь хотите сказать? – реальность упёрлась в меня своим непростым взглядом.
-А это что-нибудь поменяет?
-Вряд ли. Нет. Точно нет.
-Тогда зачем говорить? Ведь так? – я посмотрел в окно, и назойливая мысль о голодающей в однокомнатной квартире животине снова зачем-то вернулась. С утра проспал, и пришлось выскочить из дома без традиционного завтрака, состоящего из пары несчастных сосисок и чашки не самого лучшего растворимого кофе. Хотя стоило ли торопиться туда, где тебя сегодня должны уволить? Наверное - нет. Было бы лучше, пожалуй, нахватить по пути у метро грамм триста водки и точно так же сидеть сейчас перед этой дамой, только с не такой до безобразия вменяемой физиономией.
-Так – согласилась та, немного подумав.
Комната, в которой мы находились, была огромная – метров сто, а то и больше. Даже непонятно вначале, зачем такие помещения сейчас создают. Наверное, всё для того, что бы никому было не спрятаться от всевидящего начальственного ока. Оно повсюду и в то же время нигде и в любой момент может обратить взор на одну из своих овечек. Слабое подобие всеобщего аквариума, только в масштабах одной конкретной комнаты. Ещё всегда удобно в таком месте устраивать расправы над новыми жертвами. Хотя стол, за которым я сейчас сидел, находился в самом конце этого огромного кабинета и был почти закрыт от остальных невысокой искусственной деревянной перегородкой, создававшей иллюзию лёгкой отстранённости от остальных обитателей ковчега, все вокруг уже знали, что творится в его дальнем углу. Какой-то невидимый запах успел распространиться повсюду, чуть-чуть выплеснуться в коридор, так что проходящие через его ауру сотрудники других таких же кабинетов одинаково потряхивали головой и встревожено удалялись прочь от этого неприятного места. Даже не было необходимости никому сообщать данную новость впоследствии.
Моя начальница молчала уже полминуты, а я, тем временем, сумел переключился от мысли о кошке к идее сосчитать всех воробьёв на ветке за окном. Их было то ли тринадцать, то ли четырнадцать. Каждый раз получалось по-разному. Видимо одни улетали, а другие прилетали, хотя я не заметил этого ни разу.
-У вас здесь всегда воробьи сидят на ветке? - прервал я молчание.
-Что сидит?
-Воробьи. Вот, смотрите - и я показал пальцем на толстую ветку у окна, облюбованную серыми пичугами.
-Не знаю. Может, иногда и сидят. Какая разница. Вас что, только это сейчас интересует?
-В данную секунду – да. И вы что, действительно не помните, сидят ли у вас обычно воробьи за окном, или нет? Вот за моим окном они точно не сидят, так как там нет такого дерева, но у вас-то другое дело…
Моя собеседница поняла, что разговор идёт в каком-то непонятном её пониманию русле и, желая прекратить этот разговор, резко встала.
-Расчет получите завтра. В двенадцать.
Все пичуги то ли от её слов, то ли от того, что она нарушила привычную гармонию у окна, тут же в знак протеста разлетелись в разные стороны. Перед моим лицом теперь вместо дурацких очков красовалась абсолютно безвкусная золотая пуговица пиджака. Поднимать глаза наверх не было сил, поэтому повернул голову в сторону окна. Но там уже раскачивалась на ветру только пустая ветка. Я встал и направился к выходу из комнаты. Хорошо, что хоть воробьи тебя иногда понимают. И кошка.

С утра, как только продрал глаза, сразу понял – вчера пил. Попытка оторвать голову от подушки в первый раз провалилась. Это означало только одно – пил очень много. Надо мной был очень белый потолок и, поскольку, именно такие очень белые потолки встречаются в великом множестве квартир, то вполне возможно, что, повернув голову в какую-нибудь сторону, мне пришлось бы увидеть совершенно неизвестную для себя обстановку. Голова тревожно повернулась относительно полностью безучастного к этому намеренью тела. Однако, слева открылся вполне знакомый затёртый морской пейзаж с лодкой посередине. Та явно случайно оказалось в своё время на картине, видимо просто проплывала мимо, когда неизвестный художник со своим мольбертом стоял на берегу, и тот, будучи истинным реалистом, решил её добавить. Зря. Меня всегда по утрам раздражали невесть откуда взявшиеся рыбаки, со своей лодкой бесцеремонно вклинившиеся в затёртый морской пейзаж. Я давно хотел заклеить стену чем-нибудь более весёлым, но сейчас этот вид меня порадовал. Значит всё-таки дома. Интересно, какой сегодня день, и по какому поводу пил? Вроде бы меня вчера уволили, но не уверен на все сто процентов. Позвонить надо будет на работу, поспрашивать народ. А вот справа обстановка несколько отличалась от привычной. Вместо пустой голубенькой подушки обнаружил кучу раскиданных во все стороны длинных золотистых волос. Отгадывание загадки решил отложить на потом, а пока надо было всё-таки оторвать себя от так надоевшей кровати. Со второй попытки сделать это удалось и, отчаянно балансируя между хаотично разбросанными по полу незнакомыми мне элементами одежды, добрался до шкафа. В этот момент за спиной произошло какое-то движение, и я обернулся. Девушка, с золотыми волосами, уже полусидя, разглядывала меня то ли с презрением, то ли с недоумением. Было понятно, что помимо вопроса - “Кто я”, её ещё мучил вопрос - ”Где она”. Морской пейзаж с лодкой, который так быстро привёл меня в равновесие и успокоил, совершенно ничем ей, похоже, помочь не мог. Более того, она, возможно, вообще никогда не видела настоящего моря. Так что мне было совершенно понятно, какие внутренние проблемы сейчас приходилось ей решать.
-Ты кто? - наконец спросила девушка.
Я не стал отвечать на столь дурацкий вопрос и отправился в душ. Благо, что ничего ни снимать, ни одевать было не нужно. Эта процедура довольно быстро привела меня в чувство, и первое, что понял - звонить на работу совсем не надо. Маленький кусок сознания, как затопленная льдинка, поднялся к поверхности. Уволили вчера совершенно точно. Потом вспомнил, как первый раз пошёл в школу, первый раз напился, первый раз переспал. Все эти льдинки всплывали очень быстро, одна за другой, прямо как пузырьки в закипающем чайнике. Но один кусочек так и продолжал оставаться в глубине, видимо основательно прилипнув к стенке сознания - откуда та девушка с золотистыми волосами. Приведя кое-как себя в порядок и поняв, что мой основной язык русский, я окончательно успокоился и, вытершись насухо, вывалился из ванной. В комнате, похоже, ничего глобального за последние десять минут не произошло. Морской пейзаж вместе с рыбацкой лодкой оставался всё так же на месте, да и положение неизвестной мне, пока, девушки тоже ничуть не изменилось. Только глаза едва заметно двигались, тревожно следя за мной, и это позволяло предполагать, что я не в музее мадам Тиссо.
-Ну, так что, скажешь, кто ты такой?- её явно настойчиво преследовала эта мысль все последние десять минут.
-Это вопрос философский, сам ищу на него ответ уже лет двадцать – пришлось ответить, поднимая с пола свои трусы.
-А что я здесь делаю?
-Пока не знаю, но, судя по разбросанной одежде, ночью тебя такие вопросы не мучили.
-Вот блин - она опустилась головой на подушку и натянула на себя простыню.
Я, тем временем, собрал с пола все свои разбросанные вещи и начал одеваться. Когда данная процедура была закончена, подошёл к кровати и сел на её краешек. Эта затопленная льдинка постепенно стала появляться на поверхности, и воспоминания ночи начали потихоньку проступать, как на салфетке, положенной на мокрый стол. Когда я пришёл в кафе отмечать своё увольнение, она уже была вдрызг пьяна, а в момент закрытия мы оба помогали друг другу выйти из двери.
-А презервативы были? - раздалось уже из-под одеяла.
-Попробую поискать.
В попытке найти что-нибудь похожее на сдутый воздушный шарик, я заглянул даже в мусорное ведро, но нигде ничего не было. С такими неутешительными результатами поисков и пришлось вернуться к кровати.
-Ничего не нашёл- сказал я громко, как бы зачитывая вердикт.
-Вот блин - снова раздалось из-под одеяла.
-Не желаешь ли перекусить?
-Да пошёл ты… - опять ответило одеяло
-Ладно, пойду красной икорки поем, с бодуна, говорят, помогает. А ты хоть скажешь, как тебя зовут?
-Не помню.
-Хорошее имя.
Я вышел на кухню и там довольно сильно хлопнул дверкой холодильника, что бы в комнате не осталось никаких сомнений о наличии деликатесных припасов в моих закромах. Минут пять жевал в полной тишине, но затем какой-то шорох и скрип паркета в комнате её нарушили. На третьем бутерброде она возникла в проёме двери. Стол был довольно скуден, зато питателен: банка красной икры, булка, масло и пара бутылок пива. Осмотрев всё это, девушка присела на ближайший стул.
-Ну, а тебя как зовут?
-Никак – пришлось ответить с набитым ртом.
-Тоже хорошее имя. Встретились НИКАК и НЕПОМНЮ. Так и будем называть друг друга.
-Давай, только у тебя для этого осталось минут…- я демонстративно посмотрел на часы - Двадцать. Дальше мне пора ехать по делам.
-А, понятно, пора сваливать. Дай-ка баночку вот той икорочки, хоть на прощание тебя объем.
-Нет, мне действительно пора. Вчера, наконец, уволили и надо расчет получить. Только что вспомнил. Если опоздаю - то набегаюсь потом.
Икра, тем временем стремительно перемещалась из стеклянной четырёхсотграммовой банки прямо ей в рот. Ложками. Я всегда мечтал добраться до чужого холодильника и без каких-нибудь угрызений совести слопать ложками пару таких банок. И вот напротив сейчас сидел человек, который воплощал мою розовую мечту. Свой холодильник совершенно для этого не подходит. Это всё равно, что всё лето выращивать у себя на даче кролика, приносить ему каждый день лучшие листочки капусты с огорода, самую большую морковку, а потом к первым заморозкам оттяпать бедняге голову и сделать вкуснейшее рагу. Поперёк глотки всё встанет. Тут подходит только кролик с соседнего огорода. Тем временем банка с икрой практически опустела, и у золотоволосой проявился интерес к пиву.
-Слушай, а ты того…не беременна, столько икры умять за раз. Она же солёная.
-Вряд ли. Вчера точно нет, а вот сегодня уже не уверена.
Пиво точно так же отправилось вслед за икрой, и после этого интерес к продуктам стал у девушки пропадать.
-Уволили, говоришь – и она вернулась к тому, что я сказал пять минут назад. Немного подумав, продолжила – Я там видела на стеклянном столике смятую пачку из под беломора. Мы с тобой случайно не курили?
Тут только я вспомнил, что у меня оставалась небольшая заначка с прошлой вечеринки.
-Не помню. Заначка была - это точно. Но, скорее всего, её у меня уже нет. Даже проверять не буду. Она одновременно с пачкой беломора существовать не может. Или может, но недолго. Как день и ночь.
-Ты философ?
-Нет. Просто жизненный опыт.
-А ты вчера напился из-за того, что тебя уволили?
-Вряд ли. Думаю, что просто напился. Никаких особых причин. А то, что уволили – только к лучшему. Я все равно фактом своего существования отравлял жизнь начальству, и, в конце концов, после продолжительного и мучительного токсикоза они решили сделать аборт. Но я только рад – мне было хуже, чем им, куда хуже.
-Ты странный.
Мне ответить на это было нечего, поэтому просто тупо уставился на безнадёжно пустую банку из под икры, содержащую последние несколько одиноких красных горошин, осмотрительно притулившихся около горлышка и наивно полагающих избежать положенной участи.
-Прямо как люди – сказал я, слизывая их с указательного пальца.
Золотоволосая как-то недоумённо посмотрела на меня, а потом, видимо припомнив собственную последнюю фразу, в чём-то внутренне для себя убедилась, сообщив мне об этом ехидной усмешкой.
-Ладно, пошли. До метро проводишь?
-Давай, мне всё равно на старую работу ехать.
Я помог девушке надеть на себя лёгкое фиолетовое пальтишко со следами белой извёстки на плече. Видимо, вываливаясь на пару со мной из бара, где-то прислонилась. От солнечного света на улице её золотистые волосы сразу заискрились, хотя на кухне во время процесса поглощения ничего из себя, почему-то, не представляли. Всему виной были, как я успел заметить, беспокойные тени, по очереди падающие на них от встречающихся по пути деревьев. Каждая из них на секунду брала девушку в плен, для того, что бы тут же выпустить, наполнив волосы солнечной силой. И чем ярче казались тени, тем сильнее был этот внезапный прощальный сполох. Вряд ли я мог бы сказать, что она очень симпатичная, но девушка происходила из того разряда, когда говорят – “У неё есть шарм”.
Сунув ненужные руки в карманы, мы шли в сторону метро.
-У тебя на плече какая-то белая грязь - сказал я, очнувшись метров через двести. Было бы не очень хорошо, если бы так её и отправил домой.
-Можешь стряхнуть?
-Без проблем
Несколько хлопков по плечу и извёстка исчезла.
-Ты завтра что делаешь? - спросила она, уже подойдя к метро.
-Наверное, пойду на похороны.
-Ты что, сам не знаешь?
-Я его плохо знал
-Тогда зачем идёшь?
-В школе он был почти моим другом. Потом - просто знакомым. Но последние пять лет я почти его не видел. Парень сильно спивался и бог весть, чем ещё занимался. А несколько дней назад сбила машина.
-Переживаешь?
-Нет. Это должно было случиться, а если что-то должно было случиться, то тогда зачем переживать. Ты же не переживаешь от того, что когда-нибудь умрёшь. Тут как на билете, на котором надо проставить дату. Билет есть, лететь надо, а дату потом впишет милая девушка за стеклянной стойкой.
-Непонятно как-то.
-Не забивай голову, это мои тараканы. И мне вообще по барабану, понимает меня хоть кто-нибудь в этом мире или нет.
Мы уже подходили к метро и это, неумолимо приближающееся, унылое здание, казалось, не предвещало ничего хорошего. Нагая синева неба только подчёркивала торжество грубой силы, готовой навалиться на нас без каких-либо внутренних сомнений.
Она стояла со мной под огромным бетонным козырьком и молчала. Вокруг царила абсолютно убогая архитектура с квадратными колоннами, и это только добавляло в процесс прощания явной несуразности и фальшивости. Я был бы не прочь блеснуть перед ней своими знаниями архитектурных стилей, но то, что грузно обступило нас, науке пока не было известно, поэтому пришлось просто торжественно молчать, поигрывая ключами в кармане.
-Послезавтра в семь к тебе приеду. Можно?
Я только пожал плечами. Мне было абсолютно всё равно - приедет она или нет. Единственное, что мог отчётливо вспомнить из нашего с ней совместного время провождения – это съёденную большую банку красной икры. И не то, что мне было жалко содержимого – просто больше никаких ассоциаций в голову не приходило. Всё остальное было в каком-то пляшущем тумане и мне было совершенно не разобрать, где то, что происходило в действительности, а где плод фантазий.
-Хорошо.
Она так и не посмотрев на меня на прощание, нырнула в людской поток, равномерно втекавший в вестибюль метро, но тот поглотил её совершенно безразлично, не оставив даже никаких кругов на поверхности. В ближайшем ларьке купил пачку сигарет и только тут вспомнил о некормленой кошке. Сегодня она точно со мной в отместку играть не будет. Странно, что её совсем не было видно. Наверное, не любит чужих, вот и пряталась. И я поплёлся домой кормить кошку.

Задержавшись в магазине у игрового автомата, выдающего победителям мягкие детские игрушки, добрался до дома только в двадцать минут восьмого. Стойкий запах выкуренной конопли успел равномерно распространиться с первого по последний пятый этаж, начав проникать через укреплённые двери соседей. Мой был третий, и я почти не сомневался, что где-то около дверей увижу её. Так и оказалось. Она стояла с сигаретой на площадке между этажами и смотрела куда-то во двор.
-Ты опоздал - сказала золотоволосая, не поворачиваясь, когда ключ со скрипом вошёл в дверь.
-Мне казалось, что ты пошутила. Могли ведь милицию соседи вызвать. У нас тут часто такое бывает.
-Сам был бы виноват. Я пришла вовремя.
-Извини.
Она развернулась и начала спускаться. Солнце било прямо в окно и её золотистые длинные волосы, через которые проходили лучи, сейчас были больше похожи на пламя, которое зачем-то, вопреки всем законам физики, решило гореть вниз. Дойдя до последней ступеньки, девушка уперлась мне в грудь и посмотрела в глаза. Всё прочитав в них, я поинтересовался:
-Секс или еда сначала?
-А что у нас в качестве еды?
-Да вот, пельменей купил...
На её лице возникла гримаса недовольства.
-Тогда секс - ответила она тут же.
-Со сметанкой пельмени…
-Всё равно секс
-Перчиком могу посыпать…
-Только секс - и толкнув дверь, она за ремень втянула меня в квартиру.
-А я так хотел пельменей - обречено только и успел сказать.
-Молчи.

Тем не менее, пельмени в этот вечер не остались без дела. Последнюю из них макнула в маленькую крынку и поглотила с особым аппетитом. Из-за белых следов около рта, она выглядела как котёнок, который только что наелся сметаны.
-У тебя на лице сметана.
- Просто вкусные пельмени.
-А говорила, что не хочешь их.
-Неправда. Дело в альтернативе, а она была более интересной. Кстати, как похороны?
-Никак. Я не пошёл. Позвонил домой и принёс свои соболезнования. Их приняли, а значит он действительно умер. Только в этом и хотел убедиться.
-Сходить на похороны, для того, что бы убедиться?
-Да
-Мне казалось, туда для другого ходят.
-Это отдельный случай.

-Давай послезавтра сходим, прогуляемся в парк? – сказала она уходя.
-Хорошо. Встретимся около метро?
-Да. У этой ненормальной квадратной колонны. В четыре подойдёт?
-Мне всё равно. Я же безработный сейчас.
Девушка подошла и поцеловала меня, и этот поцелуй ещё пол часа после её ухода жёг мне губы.

Колонна, у которой мы договорились встретиться, жила двумя жизнями. Днём, при хорошем освещении, она выглядела просто как неказистое квадратное сооружение, поддерживающее козырёк у метро. Рядом, в двух шагах, проходил толстый гранитный парапет, на котором всегда можно было немного посидеть, ожидая того, с кем решил встретиться. И если бы кто-нибудь с другой стороны метро поставил указатель “Место для встреч”, то всё равно все встречались бы здесь. А с наступлением темноты она притягивала к себе как магнитом массу непонятных личностей, прятавшихся в течение дня от людских глаз. Прямо как в фильмах про вампиров, где они собирались на свои оргии в специально отведённом для этого тайном месте. Возраст тех, кто сюда приходил к ночи колебался от пятнадцати до шестидесяти. Хотя для понимания возраста обычные подходы были не применимы. Тот, кому в действительности стукнуло лет тридцать, мог выглядеть на шестьдесят, а рассуждать на пятнадцать. Мне не раз приходилось проходить поздним вечером мимо этого места, и я видел, как вторая жизнь колонны подчиняла себе всё пространство вокруг. Сюда, к наступлению темноты, слетались десятки смутных потусторонних фигур, а потом, будто получив инструкции от невидимого тотема, разбредались, каждый на свой пост, по ближайшим окрестностям.
Но при дневном свете она словно спала, напоминая дремлющего каменного истукана и ожидая наступления вечера и появления своих подданных. Я, тем временем, уже успел выпить на парапете третью бутылку пива, и часы показывали, что девушка задерживается почти на десять минут. Наконец, золотоволосая появилась:
-Извини, задержалась.
-Извиняю. Присаживайся - я открыл бутылку пива и протянул ей.
-В парк пойдём? – спросила она, присев рядом.
-Да. Через пару минут. Вот видишь того парня – и движением подбородка показал ей направление, куда необходимо было смотреть. Несмотря на летнюю погоду, там стоял бородатый долговязый мужчина в тёплой осенней куртке, коротких резиновых сапогах и вязанной шапочке, натянутой до бровей. Его голова, непрерывно поворачиваясь то на право, то на лево, как локатор, пыталась выхватить какие-то только ей нужные факты из непрерывного потока событий. Наши взгляды встретились и он на секунду задержал на мне своё внимание, как будто компьютер в голове сделал запрос о ценности данной информации. Ответ, видимо, пришёл отрицательный, и голова продолжила своё движение.
Девушка заметила этот сбой и, посмотрев сначала на меня, потом на него и затем снова на меня спросила:
-Ты его знаешь?
-Знал.
Раньше знал, а сейчас не знаешь?
-Да, сейчас не знаю. Мы до седьмого класса вместе учились. Как зовут, даже не помню, да и это не имеет значения. Потом что-то в голове у него произошло и, как передавали одноклассники, он несколько раз лежал в дурке.
-Его пытались вылечить?
-В тех заведениях не лечат, а адаптируют. Что бы он вёл себя как надо и ходил где надо. Вот как сейчас. Хотя, полагаю, что с его точки зрения мы все можем быть ненормальными, а он просто перешёл на следующий уровень. Как в компьютерной игре. И теперь относится к нам снисходительно, как и полагается относиться ко всем несовершенным.
Девушка снова посмотрела на того парня. Его взгляд, тем временем, выхватил в ворохе происходящего какое-то столь ожидаемое событие и он тут же быстрым шагом направился к трамвайной остановке, где совершенно одиноко на путях стояла пустая пивная бутылка. Вскоре она исчезла в его котомке, и процесс сканирования пространства продолжился с нового места.
-Ну, как, мы в парк пойдём? – и золотоволосая встала, ожидая, что я сделаю тоже самое.
-Пойдём.
До парка было метров двести, и до него она непрерывно о чём-то болтала. Но только мы пересекли невидимую условную границу, тут же осеклась и замолчала. Взявшись за руки, так и бродили молча несколько часов по широким, полосатым от ярких теней, дорожкам. Маленькие тропинки нам не подходили, так как иначе пришлось бы кому-то идти впереди, да и руки необходимо было разомкнуть. Если же стоял выбор, куда идти - направо или налево, то лёгкое нажатие пальца одного из нас тут же указывало направление. Как хороший иноходец всегда чувствует волю наездника, так и мы чувствовали друг друга. Можно сказать, что я был счастлив. Впервые за долгое время. Парк закончился и, возникшие перед нами, громады двадцати пятиэтажных домов вывели из оцепенения. Она снова о чём-то начала болтать, а я пытался понять, насколько далеко простирается жадная тень от одного из таких огромных домов-крепостей, которая уже поглотила почти всё пространство у метро. Солнце садилось, и тень была бесконечна.

В середине августа она исчезла почти на две недели. Осенняя погода плотно взяла бразды правления в свои руки и занудными непрерывными дождями как будто пыталась стереть всё то, что было связано с ней, перенося в область иллюзий и воспоминаний последние не смытые штрихи. Словно извиняясь за происходящее, солнце изредка, на минутку, появлялось среди враждебных туч, рисуя недолгие тени на дорожках. Пытаясь, вопреки всем известным правилам, второй раз войти в одну и ту же реку, несколько раз от отчаяния круто напился в том же самом кафе, однако с утра всегда находил рядом с собой неизменную синенькую подушку, совершенно огорошено не понимающую, чего же я от неё всё-таки хочу. Каким-то образом она всегда приходила, когда всё вокруг могло отбрасывать яркие тени, и ничего этот ход вещей изменить не могло. И ещё её волосы. Они питались солнечным светом и подчиняли меня своей власти. И если она говорила, что придёт через три дня, то обязательно, все три дня лил дождь, а на четвёртый небо всегда избавлялось от так надоевших тому облаков, и прежние тени от деревьев снова радостно падали на мой балкон, шумно оповещая о её приходе. Дожди, в конце концов, закончились, и, проснувшись с утра от так знакомого солнечного приветствия, я с нетерпением стал ждать обещанного звонка в дверь. Что будет, когда тени окончательно исчезнут, а их жалкие останки сдует холодный пронизывающий северный ветер, я не знал. Вернее не хотел думать об этом.

Она ушла попрощавшись. Просто сказала - Пока. Я в этот момент играл на компьютере в какую-то дурацкую игрушку и, не вставая, ответил - Ну пока. Нам обоим всё было понятно и устраивать фарс из расставания не хотелось. Прежде, уходя, всегда говорила, что бы я её ждал. Но сейчас этих слов сказано не было. Видимо тени должны были вскоре умереть в последний раз. Дверь просто трагически щёлкнула и закрылась. Окончательно. Так и должно было произойти. Ни обид, ни переживаний. Какой смысл расстраиваться по поводу неизбежного. Если осень сменяет лето, то появляется только некоторое сожаление. Сожаление, что что-то не успел в эту пору. Потом зима и снова тоже чувство. И так непрерывно. Всегда. Некоторые считают, что этот ход можно поменять и покупают иллюзию. За вполне конкретные деньги. Путёвка в середине января в Египет стоит долларов пятьсот. Неделя купленных заблуждений. Но на календаре то всё равно пятнадцатое января. В бане же никому не приходит мысль, что пришло лето. А там приходит. Вот и едут.
Переживать бесполезно. Всё равно как в аэропорту, когда дикторша объявила бы о том, что самолёт взлетел. Но ты думаешь – не так. Он сначала разогнался, но потом что-то случилось в голове у пилота, тот включил реверс и остановил самолёт, после сделал круг по взлётной полосе и снова сейчас сюда подъедет к терминалу, где ему подадут тот же знакомый старый трап. А девушка из громкоговорителя просто не всё пока знает. Но так быть не может. Самолёт, со всем возможным старанием и усердием, уже потратил добрую тонну керосина, что бы как можно дальше улететь от этого места. И потратит ещё в десять раз больше.
В компьютерном мире, тем временем, мои дела складывались очень плохо. Обложили со всех сторон. Ни патронов, ни жизней не осталось. Но чем хорош этот суррогат жизни – тем, что его всегда можно выключить или начать с начала. Что-то не так – бац на эксит. Всё просто. Когда моё тело, в конце концов, подорвали какой-то ракетой, я выключил компьютер и подошёл к окну. Лил дождь. Облезлая бездомная собака вбежала во двор и принялась обнюхивать все клумбы с цветами. Какого чёрта в дождь ей понадобилось обнюхивать цветы? На ветке, в метре от меня, безуспешно пытаясь спрятаться от дождя, сидела дюжина воробьёв. Считать их не стал. Просто прикинул - дюжина. Интересно, не те же ли? Вряд ли. До старой работы далековато будет. Кошка сидела уже тут, и, должно быть, пересчитать их всё-таки не поленилась. Мы с ней смотрели на пичуг, они на нас. Дождь отбивал по подоконнику неизвестную морзянку. А имени-то твоего я так и не узнал. И у кошки его нет. Просто кошка. Когда подобрал у дверей, то не стал ничего придумывать. Зачем? Она знает, что кошка, я знаю, что она кошка. Обманывать друг друга, называя по придуманному имени, не хотелось. И воробьи, которые сидели за окном, тоже только воробьи. Вернее дюжина воробьёв. И если один прилетит, а другой улетит, то всё равно буду называть дюжиной воробьёв. Всё предельно честно. А есть ли и у меня имя? Может тоже сейчас только обман. Хотя кто-то ведь должен знать все наши имена. Открыв окно, выставил руку на улицу. Дождь остервенело, видимо, что бы я не мешал тому делать своё дело, начал дубасить ладонь большими уставшими каплями. Воробьи, почувствовав опасность, сорвались с ветки, освободив ствол для ударов стихии. Без них кошка тут же потеряла интерес к композиции за окном и спрыгнула на диван. Ну вот, опять всё испортил. Тонкая струйка воды начала стекать с подоконника на холодную батарею, а потом и на пол. Вот, кто знает все наши имена. Дождь. Может она тоже сейчас стоит у окна с вытянутой рукой и спрашивает их. Может. Я закрыл окно. Капли с новой силой начали что-то неизвестное отстукивать по подоконнику. Может её имя?

версия для печати

Мнения, Комментарии, Критика

последние комментарии

Гид: Вы опубликовали два рассказа... я считаю, что они очень хороши. За каждый в отдельности я бы поставил 4/5, а когда их два - поставлю уже больше... это...   (01.06.2004 2:46:48) перейти в форум

Дина Константину: У меня нет слов…. Это лучшее из всего что я здесь читала.   (04.06.2004 12:56:14) перейти в форум

Halish: Профессионально сделано. И с душой. ЗАМЕЧАТЕЛЬНО!   (05.06.2004 3:28:59) перейти в форум

Needle_ss: Очень здорово написано, так складно и плавно, понравилось)   (04.09.2008 6:01:13) перейти в форум

Esme: Легко читается, хорошо написано. Очень живой и реалистичный герой... хотя симпатичнее он от этого не становится. Его отношение к жизни - это философия...   (14.11.2009 11:52:21) перейти в форум

Ваш комментарий
От кого Логин   Пароль 
Сообщение
Можно ввести    символов
 
назад
Глас народа
Правила

Случайный автор

Pagan


Случайное произведение

автор: kween


Форум

последнее сообщение

автор: Надежда Сапега


актуальные темы


На правах рекламы

Сейчас на сайте
Веб-дизайн IT-Studio | Все авторские права на произведения принадлежат их авторам, 2002-2008