Портал молодых писателей Youngblood.ru Редакторы рекомендуют:
Волшебный рисунок (стихи)
Бродил туман (стихи)
Собаке дворника, чтоб ласкова была... (фэнтези и фантастика)
Последняя мысль (стихи)
Джаз после смерти (стихи)
Останови меня (стихи)
Поэма о разорванных безжалостным временем сердцах. (фэнтези и фантастика)
вход на сайт
    
регистрация
расширенный поиск
Новости Youngbloob в RSS-формате
О проекте
Произведения
Общение
Справочники

с миру по нитке

Афоризм дня

Я написал шесть книг; они совсем неплохи для человека, который прочитал всего две

(Джордж Бернс)

Rambler's Top100







Youngblood

Последний ноябрь

Оливия Джоел>

Вы - 776-й читатель этого произведения

Дерево, дом, дерево и опять дом, почему здесь всё так идеально? Ведь это же Париж, скажите вы, здесь - как и во многих городах Европы, всё как на картинке. То, что создала природа, совершено отличается от того, что создал человек. Эти замечательные архитектурные ансамбли, Эйфелева башня, наконец, ещё в 12-ом веке никто не мог представить, что можно соорудить такое чудо, да, настоящее чудо. В детстве моя бабушка Ингрид рассказывала мне про эту башню и я, затаив дыхание, слушала. Вот прошло уже двадцать два года, и я сама, своими большими зелёными глазами наблюдаю, как вечерний парижский свет играет меж её колонами.
Ах, Париж, Париж, родина жареных каштанов и шансона, который заставляет плакать. Этот город – сказка. В нём стоит родиться, жить и умереть. Но есть одно «но»: в нём стоит жить долго, чтобы за всю свою жизнь наслаждаться каждым дуновением ветерка, каждым закатом, стоя на Монмартрском холме в окружении художников и влюбленных. Здесь можно кричать: «Я люблю тебя, жизнь!» и не боятся, что ты разочаруешься в ней. Как жаль, что умерла моя мать. У неё был порок сердца. Как бы ей, наверное, хотелось почувствовать свой последний стук сердца именно здесь, смерть бы показалась лишь приятным мгновением.
Да... что такое смерть? Это часть жизни, которая всё время меняется, как уверяют некоторые, но для меня она лишь одна единственная секунда, которая иногда повторяется. Наверное, я была в прошлой жизни голубем, парижским голубем, потому что, все, что здесь я вижу, мне знакомо. Словно я живу здесь давно и знаю каждую травинку, каждое уникальное место, откуда можно увидеть весь город, во всём великолепии.
Вы спрашиваете, почему я всё время говорю о Париже. Ответить я могу вам, только рассказав мою историю, которая напрямик связана с этим волшебным городом.



Приговор.

У вас лейкемия. Это был мой приговор.
-Мне же всего двадцать семь лет, - слёзы дрожали у меня в глазах.
-Это не зависит от возраста, лейкемия – болезнь странная: наступает неоджидано и не проходит сама, но можно делать различные процедуры, чтобы пробовать её лечить.
-Она не излечима, вы просто не имеете права мне говорить, что всё уже безнадежно, - чуть ли не кричала я, схватившись за голову, - я умру....
-Нет, вы не ум...
-Хватит! Мне надоело, если не хотите правду говорить - не говорите вообще ничего, сама всё поняла, - сказала я и, схватив свою сумку, побежала из кабинета прочь. Но врач меня остановил.
-Мадмуазель, вас нужно лечить, - доктор Россмон протянул мне маленькую голубую карточку, - вот приходите завтра, и мы начнём лечение.
Я взглянула на карточку, потом на гематолога и, усмехнувшись, добавила:
-Вы хотите, чтобы я умерла без единого волоса на голове, бледная и слабая, нет уж спасибо.
Доктор опустил глаза и положил мне в карман свою визитку, - вы можете умереть в течение десяти месяцев и мы можем ещё исправить положение.
-Нет.

Почему я?
Когда я шла по коридору, то случайно наткнулась на женщину, которой с виду было лет так сорок. На ней был белый больничный халат, косынка на голове и кожа... какая у неё была кожа, мёртвая с синеватым оттенком. Мне стало страшно, потому что эта женщина была вовсе не женщиной. Ей было всего тридцать лет, и болела она тем же, чем и я. Звали её Женевье, она была замужем за офицером, который изменил ей с её же подругой в её же доме. Жизнь должна продолжаться, думала Женевье, но как бы ни так, природа взяла верх. Болезнь совсем убила девушку, точнее не болезнь, а химиотерапия. Почему хорошие люди, которые учились, делали всё, готовили себя для будущей жизни, погибают от какой-то неизученной болезни? Как после этого можно верить в Божью справедливость. Я понимаю, что это судьба, она у каждого своя и даётся от рождения, но зачем тогда жить. А вдруг ты выучишься на стоматолога, купишь, на накопленные деньги хорошую квартиру, откроешь собственный стоматологический кабинет и неожиданно умрёшь. Зачем тогда ты тратил столько времени на открытие дороги в будущее, в счастливую жизнь? Почему...- это и есть вопрос жизни. Почему я так рано умер, мне ещё рано, я не насладился жизнью вдоволь. Этот вопрос и терзал моё сердце. Я такая красивая: каштановые волосы с медным отливом, изумрудные глаза, стройные ноги, тонкая талия и удивительно мирный характер. У меня мог бы быть замечательный муж, двое или трое, да хоть пятеро миленьких детишек. Но всё это пропало. Все мечты, желания, грёзы - теперь это только слёзы и воспоминания. Впрочем, и плакать уже нет смысла, вообще смысла нет, это понятие навсегда исчезло... как туман.


Где же встретить смерть?
Прошло восемь месяцев. Я стала похожа на дряхлый куст полыни. Косметика редко появлялась на моём лице. В холодильнике не было ничего кроме старой упаковки от молока. Вообще в доме не было еды, даже тараканы от голода убежали к соседям. Я питалась в кафе одними сладостями, от которых мой вес прибавился на несколько кило. А сколько было в квартире пыли, наверное, сантиметр целый. Горничная уволилась по собственному желанию, ей, наверное, надоело получать зарплату под ковриком и всё время бегать по соседям искать: у кого оставлен ключ от моей квартиры.
Я готовилась, точнее я уже ни к чему не готовилась, а просто ждала, когда умру.
В очередное, хочу подчеркнуть, что именно в очередное утро я сидела в кафе «Lamour» и ела блинчики с яблочным повидлом. А вдруг в повидло попала бы косточка от яблока и я подавлюсь. Мне было всё-равно, ну подавлюсь, задохнусь и умру, здесь, вся перепачканная повидлом, какая разница? Осталось всего два месяца. Где же встретить смерть? Поеду, наверное, за город на какую – нибудь заброшенную, заросшую травой виллу с привидениями.
Так и получилось. Я собрала немного вещей в свой кожаный чемодан. Заняла денег у соседской девушки Анэли. Меня не мучила совесть за то, что я беру деньги в долг без возврата. Ведь всё равно некого будет винить в непорядочности, когда я умру.


Вилла Боньян.
Двести километров и вот я на месте. Время езды пролетело очень быстро, всё потому что всю поездку я проспала глубоким сном. Но мне ничего не снилось.
Я искала дом и, наконец, нашла его... Это была старая вилла одной семьи, так мне рассказала женщина, живущая неподалёку, на соседней улице. Она хорошо знала членов этой семьи.
-Меня зовут Кристин Люмбет, вы не могли бы рассказать мне про этот дом. Я бы хотела его снять.
-Они были очень состоятельные люди. Рене Боньян, так звали владелицу дома. Это была очень хорошая женщина, хорошая мать. Да, кстати, у них была дочь, и её звали почти как вас: Крис. К сожалению, девочка умерла, не дожив до своего восемнадцатого дня рождения.
-Да, а как?
-Утонула.
-Утонула?
-В озере, пошла купаться и утонула. Понимаете, так получилось, что Крис не умела плавать, а озёра здесь, хочу я вам сказать, очень глубокие.
-Как жаль, - тихо сказала я.
-Да чего уж тут жалеть, это было восемь лет назад, все уже и забыли, - женщина посмотрела на дом и вздохнула, - а вы не боитесь в нём оставаться одна?
-Нет, я уже ничего не боюсь, - ответила я.


Последние два месяца.
Прошёл месяц. Наступил октябрь. Всё вокруг покрылось жёлтым одеялом. На земле расстелился ковёр из разноцветных листьев. Деверья стояли голые, так и казалось - они молят, чтобы кто-нибудь их одел, а то холодно очень на улице. Темнело рано, светало поздно. Каждый день проходил медленно. Он тянулся, как карамельная патока. Я считала дни по календарю, и каждые сутки отмечала синим фломастером, ведь каждые сутки могли оказаться для меня последними. Уже успела привыкнуть к атмосфере в доме. Пришлось много убираться, да и страшно было поначалу спать одной, поэтому я завела собаку, шотландскую овчарку, по - кличке Артишок. Мы с ним часто гуляли по одинокому лесу. Я всегда думала о том, что могла бы здесь жить всю жизнь. Странно: когда-то я так думала о Париже. Да, ведь это именно этот город заставил меня думать о жизни, как о ценном сокровище, которое нужно беречь. Жизнь Бог даёт заново только тем, кто её берёг. Зачем наркоману жить снова, ведь он не уберёг подаренную ранее жизнь. Тот, кто нас создал – справедлив. Только сейчас я в это поверила.
Каждый день часы пробивали ровно полночь, ровно полдень, дни шли, а я ждала... Вскоре мне понадобились деньги, и я решила устроиться на работу. Единственное, что мне подходило – это служба психологической поддержки по телефону. Устроившись диспетчером на одной из линий, я начала помогать людям. Особенно мне повезло, что я окончила университет психологии, и помогать другим мне всё равно пришлось бы в будущем.
Прошло три недели. Я накопила денег, выкупила дом, он стоил недорого. Отослала той самой соседской девушке Анэли долг и продолжала жить.

* * *
Сейчас мне сорок три года. У меня двое дочерей: Оливия и Марго, замечательный муж Жан и свой собственный дом, неподалёку от Парижа. Когда я встаю утром, то с моего балкона вдалеке видна Эйфелева башня, только она очень маленькая.
«Кристин, ты же должна была умереть шестнадцать лет назад, в тот самый ноябрь?» - спросите вы. Да, я сама ничего не поняла, но так получилось, что смерть прошла мимо меня и даже не оглянулась...

версия для печати

Мнения, Комментарии, Критика

последние комментарии

Клюкина: Хорошая история, но коротковато... Почему именно ей повезло и болезнь ушла, потому что она смирилась или потому что она такая хорошая и ей кто-то дал...   (17.09.2009 7:20:25) перейти в форум

Ваш комментарий
От кого Логин   Пароль 
Сообщение
Можно ввести    символов
 
назад
Глас народа
Правила

Случайный автор

Вера См


Случайное произведение

автор: Ana.Tkach


Форум

последнее сообщение

автор: Marie


актуальные темы


На правах рекламы

Сейчас на сайте
Веб-дизайн IT-Studio | Все авторские права на произведения принадлежат их авторам, 2002-2008